Шаман и звезды - Анна Нова

Этан задумался и понял, что еще ни разу не задавал себе этот вопрос.

– Конечно, вернусь, – осторожно ответил он. Сейчас ему хотелось чего угодно, но только не назад, во тьму и сырость тропического леса. – Извини, что не удалось нормально попрощаться. Скомканно все вышло.

– Все окей, я понимаю, – кивнула Смилла. – Держись, выходи на связь почаще. Я волнуюсь за вас.

– Хорошо. Береги себя, Смилла.

– За меня не переживай! Так, пойду, мне принесли плотоядных летучих мышей, нужно вскрыть их погадать мисс Ольстер, она хотела узнать, запускать ли ей бизнес. Ну вот сейчас и выясним.

На этом Смилла отключилась – проблема требовала немедленного решения. Этан так и не узнал, чем закончилась волнующая бизнес-история.

Он открыл банку эля и решил почитать об Иберии. Этан плохо помнил, в чем была причина изоляции планеты и почему ее исключили из Сейма: пришлось освежить в памяти информацию.

Климат Иберии был мягким, большую часть территории занимали горные гряды, поросшие густыми лесами. Планета оказалась прямо-таки нашпигованной следами пребывания древних цивилизаций. Ученые обнаружили руины разной степени сохранности, церкви, храмы, могильники, пресловутые петроглифы – все они как две капли воды походили на наследие Пустых.

Ученое сообщество разделилось на два лагеря: одни верили, что Иберия была родной планетой Пустых, а другие – что одной из их колоний. Иберия привлекала множество ученых, на планету переселялись целыми университетами, огромный штат сотрудников работал над расшифровкой наскальных изображений, барельефов, надписей и рисунков в разрушенных храмах и зданиях.

Через пару лет работы надписи были расшифрованы. Единственным осмысленным текстом оказалась легенда – странная и символичная. Этот мотив повторялся раз за разом, высеченный в камне и выведенный причудливыми узорами на стенах. Древние иберийцы пересказывали этот сюжет с религиозным трепетом.

«И тогда собрался на площади народ, и услышал он Голос из самых глубин космоса, возвещавший: „Смерть есть начало новой жизни, смерть есть перерождение и дар Вселенной. Шагните за грань, мой народ, сделайте шаг по лестнице в небо, и да вознесетесь вы над Системой и над Галактикой, растворитесь в сиянии звезд и холоде космоса“.

Охваченный безумием, народ не смел ослушаться. Они шагнули по лестнице в небо, как было велено Голосом. Все разом, старые и молодые, больные и здоровые. Мужчины, женщины и дети.

Они испили Вина Забвения и вознеслись, как и было предсказано, растворились в сиянии звезд и холоде космоса…»

Чем больше экспедиций и колонистов прилетало на Иберию, тем сильнее будоражил умы этот странный текст. Новые жители планеты вдруг стали считать его пророческим, уверовали в то, что Пустые активно посещали Иберию, и открыли древним иберийцам Истину. Палеоконтакт стал синонимом божественного вмешательства; научная теория мутировала в веру, распространяясь среди людей, словно ультима-грипп.

На планете зародился уникальный культ Пустых. В одночасье оживленная, процветающая планета изменилась до неузнаваемости, охваченная религиозным вирусом. На руинах старых храмов возводились новые, в небеса рвался дым от тысяч сжигаемых свечей, а на Иберию прилетали все новые и новые паломники. Это продолжалось до тех пор, пока власть на планете не захватили религиозные лидеры, и вот тогда-то Иберия и приобрела свой статус «планеты средневековья».

Были запрещены все научные изыскания, все космопорты закрыты, введен запрет на высокие технологии. Для контроля над жителями была создана инквизиция. Со стороны казалось, что жителей Иберии одновременно охватило безумие. Межпланетный Сейм назвал Иберию «кризисной» и прекратил с ней все отношения, закрыв глаза на страдания людей с иммунитетом к Культу. Про них попросту забыли, предоставив властям действовать, как будет угодно Голосу Пустых.

Полной изоляции планеты все равно не произошло: вскоре появился черный рынок, и его наводнили контрабандисты, пираты и торговцы древностями. Немногим жителям удавалось бежать, купив место на борту у контрабандистов. Остальные же существовали, скрываясь в подполье.

Этан знал, что Вацлав был одним из обитателей подполья, работал на черном рынке технологий, помогал своей бабушке чинить корабли пиратов и контрабандистов. Почему бабушка не увезла Ковальски подальше от Иберии? Ответить на вопрос мог только сам Вацлав. Но механик предпочитал молчать. Его история работы на «Сан-Габриэле» началась с момента, когда он пришел на собеседование к капитану, а уж как ему удалось выбраться с Иберии и спастись от инквизиции, никто не знал.

2

– База «Нуэво-Мадрид», запрашиваю разрешение на посадку, – напряженным голосом произнес Оскар.

Закодированным каналом связи пользовались пираты и прочие темные личности. «Сан-Габриэл» собирался присоединиться к ним на космодроме, тщательно спрятанном от всевидящего ока церкви и инквизиции.

– Вас понял, назовитесь.

– «Сан-Габриэл», корабль класса каравелла.

– Принято, даю разрешение на посадку, сектор D–3.

Этан сидел в кабине пилота и наблюдал, как Оскар плавно ведет корабль над кромкой темного неприветливого леса. Его охватило беспокойство. Он бросил взгляд на остальных: все были напряжены и сосредоточены. Вацлав по-прежнему прятался в машинном отделении, а дядя Эдвард – в лаборатории Оливии. За три дня Этан виделся с ним всего пару раз: они обменялись вежливыми фразами и разошлись по своим делам. Этан сделал еще одно неприятное открытие – Эдвард спокойно обходился без его помощи. Еду ему приносил Ковальски, а Оливия внимательно следила за приемом лекарств.

С мягким толчком «Сан-Габриэл» опустился на слабо освещенную взлетную площадку.

– Это «Сан-Габриэл», прием, посадку совершил в секторе D–3. Передаю данные.

– Оставайтесь на борту, проводим идентификацию.

Десять минут экипаж провел в напряженном молчании, пока сотрудники Центра управления полетами прогоняли данные «Сан-Габриэла» по базе судов, получивших доступ к теневому космопорту Иберии.

– Все в порядке, «Сан-Габриэл», ваш экипаж может пройти в зону прилета.

– Вас понял. – Оскар отключил связь и повернулся к капитану Диашу.

– Оскар и Вацлав остаются на борту, Оливия, Кирен, вы пойдете со мной, – распорядился Висенте. – Дженкинс, ты тоже.

Этан удивленно уставился на капитана.

– Эм, ладно. В чем моя функция?

– Смотреть и слушать, – коротко бросил Диаш. – И делать, что скажут.

Этан пожал плечами – мол, окей, а что мне еще остается?

Космолетчики выбрались из корабля, быстрым шагом пересекли взлетную площадку и вошли в невзрачный ангар. На входе их встретили и проверили на наличие оружия, заставив раскрыть поясные сумки (которые накануне выдала всем заботливая Оливия). Внутри каждой оказались инструменты: лазерный резак, складной нож, пистолет, резиновые перчатки и аптечка.

– Все в норме, у них особый допуск. – К таможенникам подлетел неказистый дядечка в растянутом свитере, с густой окладистой бородой и старомодной винтовкой за плечами. Он помахал у них перед носом каким-то документом. Справка, видимо, имела вес, потому что таможенники без